Как вы могли? Ведь это одуванчик! (с)
Написалось на досуге.
читать дальшеНаша сказка начинается здесь, в старинной библиотеке столицы параллельного мира. Пыльные стеллажи подпирают собой потолок, стрельчатые окна продернуты золотистой сетью света, а мягкий ковер заглушает шаги идущего по нему мужчины.
- Здравствуй, богиня, - девушка у окна вздрагивает и касается рукой стекла, чтобы через его холод успокоить внезапно заволновавшееся сердце.
- Здравствуй, воин… - хриплый, будто сорванный от крика, голос и склоненная голова. В ней уже ничего не осталось от той взбалмошной девчонки, которую он встретил в трактире.
- Мы победили. Войска Гарлема повержены, а солдаты разошлись по своим деревням: к детям, женам, родителям… - он подходит ближе, чтобы обнять девушку за талию, зарыться лицом в ее золотистые волосы. – Теперь и у нас есть право на счастье.
- Мы проиграли, воин, - голос ее сух и безэмоционален, но в глазах бушует шторм из чувств. – Ты обманул меня, а значит…
Изящная рука касается щеки воина, а губы шепчут прощальные слова.
Через десять минут из ворот замка уезжает на своем коне воин, стремясь быть ближе к любимой принцессе, а в старинной библиотеке, сжавшись в комок на полу, рыдает богиня…оплакивая то, что было… и что не имеет права повториться.
Шумный зал трактира, дымящие свечи и одуряющий запах еды на столах. Рекой льются вина и песни, а в самом дальнем и темном углу сидит человек, скрывая капюшоном плаща свое лицо. На столе только стакан воды и корка хлеба, а взгляд устремлен на стол у окна все того же трактира. Там сидят, мило улыбаясь друг другу, двое влюбленных. Девушка в явно не бедном платье с манерами высокородной дамы и мужчина, весь вид которого говорит о годах, проведенных в сражениях. Они словно созданы друг для друга.
Но вдруг воин начинает оглядываться, словно пытаясь найти кого-то… Его взгляд мутнеет, а кожа приобретает землистый оттенок. Человек в капюшоне сжимает пальцы рук и так скрипит от напряжения зубами, что соседи предпочитают отодвинуться подальше… вместе со столом.
Но проходит миг – и ничего. Все также голосит шумная компания в центре, также бегают с подносами по залу подавальщицы, и нет за столами ни воина, ни человека в капюшоне.
Лишь катится по полу золотая монетка – плата за место встречи.
- Остановись! – кричит он удаляющейся по дороге фигуре после получасовой гонки. – Я ведь знаю, кто ты! И я все помню! – человек замирает, словно натолкнувшись на стену, а воин, подбежав ближе, скидывает с девичьей головы капюшон старого плаща. – Я помню все… и даже твою любовь к путешествиям.
- Мы проиграли, воин. Я стерла твою память, внушила любовь к принцессе соседнего государства, день и ночь блокировала любые попытки твоего сознания вспомнить, чтобы дать тебе шанс жить дальше, но ты не принял мой дар… а значит…
- Ты убьешь меня? – на его губах улыбка. Он еще не верит в жестокость той, которая его любила…
- Да… - шепчут розовые губы, а в руку летит испуганная душа некогда великого воина.
Чтобы через мгновение оказаться растоптанной высоким каблуком богини.
1500 лет спустя
Видел ли ты когда-нибудь мертвый город? Не просто безлюдные развалины некогда величественных строений, а место, лишенное цвета, звуков и судьбы. Когда ветер, перегоняющий с места на место усталую пыль, не дарит прохлады. Когда листва на деревьях беззвучно разевает пасть оголенных ветвей. И сколько бы много людей ни жило здесь, наполняя улицы движением, в воздухе все равно витает запах небытия. В такой город и вошла, ступая медленно и осторожно по раскаленным камням мостовой, увешанная оружием с ног до головы девушка.
Она прошла через рынок, главную улицу города, стараясь не касаться ни кожей ни одеждой прохожих, на центральную площадь, где они всегда встречались. Желтые глаза внимательно оглядывали окружающие площадь дома, подворотни, кучи мусора, но он подошел как всегда неслышно.
- Здравствуй, богиня, - прошелестел сухим ветром знакомый голос.
- Здравствуй, воин…
И более ни слова: лишь направленные друг на друга взгляды и острия мечей. Движение, вдох, поворот. Звон клинков и напряжение в кисти. Выдох, шаг, взмах…
- Опять проигрываешь, богиня, - насмешливо произносит воин, прижимая клинок к ее шее.
Три тысячи лет они бьются на этой арене за право обладать душой воина. Три тысячи лет богиня проигрывает это сражение, не в силах противостоять тому, кого любила многие годы назад. Привычка? Слабость? Любовь? Боги не имеют права на любовь, так уж заведено в этом мире. Но помнить о боли может каждый, кто ступал по дорогам в образе человека. И разве мог знать некогда великий воин, что взбалмошная девчонка с острым язычком и нарушенной координацией окажется на самом деле богиней Жизни и Смерти. И разве мог он знать сейчас, что и боги способны взрослеть. И видимо, этот день должен был решить все.
- Ошибаешься, - выдыхает она, делая всего одно движение – большего богине и не требуется…
Взмахом руки проводя перед своими глазами, словно стирая с лица маску.
И через 1500 лет, стоя посреди мертвого города ты мог бы увидеть, путник как стираются, исчезают с лица земли дома, улицы, люди. Последним медленно тает фигура воина. А богиня, иронично улыбнувшись, уходит туда, откуда появилась. Боги могут любить, хоть не имеют на это права, но стоить иллюзии – привилегия людей. Полторы тысячи лет она потратила на борьбу с самой собой, с попытками победить придуманный образ, но раз за разом терпела поражение… просто потому, что наши иллюзии всегда сильнее нас.
читать дальшеНаша сказка начинается здесь, в старинной библиотеке столицы параллельного мира. Пыльные стеллажи подпирают собой потолок, стрельчатые окна продернуты золотистой сетью света, а мягкий ковер заглушает шаги идущего по нему мужчины.
- Здравствуй, богиня, - девушка у окна вздрагивает и касается рукой стекла, чтобы через его холод успокоить внезапно заволновавшееся сердце.
- Здравствуй, воин… - хриплый, будто сорванный от крика, голос и склоненная голова. В ней уже ничего не осталось от той взбалмошной девчонки, которую он встретил в трактире.
- Мы победили. Войска Гарлема повержены, а солдаты разошлись по своим деревням: к детям, женам, родителям… - он подходит ближе, чтобы обнять девушку за талию, зарыться лицом в ее золотистые волосы. – Теперь и у нас есть право на счастье.
- Мы проиграли, воин, - голос ее сух и безэмоционален, но в глазах бушует шторм из чувств. – Ты обманул меня, а значит…
Изящная рука касается щеки воина, а губы шепчут прощальные слова.
Через десять минут из ворот замка уезжает на своем коне воин, стремясь быть ближе к любимой принцессе, а в старинной библиотеке, сжавшись в комок на полу, рыдает богиня…оплакивая то, что было… и что не имеет права повториться.
Шумный зал трактира, дымящие свечи и одуряющий запах еды на столах. Рекой льются вина и песни, а в самом дальнем и темном углу сидит человек, скрывая капюшоном плаща свое лицо. На столе только стакан воды и корка хлеба, а взгляд устремлен на стол у окна все того же трактира. Там сидят, мило улыбаясь друг другу, двое влюбленных. Девушка в явно не бедном платье с манерами высокородной дамы и мужчина, весь вид которого говорит о годах, проведенных в сражениях. Они словно созданы друг для друга.
Но вдруг воин начинает оглядываться, словно пытаясь найти кого-то… Его взгляд мутнеет, а кожа приобретает землистый оттенок. Человек в капюшоне сжимает пальцы рук и так скрипит от напряжения зубами, что соседи предпочитают отодвинуться подальше… вместе со столом.
Но проходит миг – и ничего. Все также голосит шумная компания в центре, также бегают с подносами по залу подавальщицы, и нет за столами ни воина, ни человека в капюшоне.
Лишь катится по полу золотая монетка – плата за место встречи.
- Остановись! – кричит он удаляющейся по дороге фигуре после получасовой гонки. – Я ведь знаю, кто ты! И я все помню! – человек замирает, словно натолкнувшись на стену, а воин, подбежав ближе, скидывает с девичьей головы капюшон старого плаща. – Я помню все… и даже твою любовь к путешествиям.
- Мы проиграли, воин. Я стерла твою память, внушила любовь к принцессе соседнего государства, день и ночь блокировала любые попытки твоего сознания вспомнить, чтобы дать тебе шанс жить дальше, но ты не принял мой дар… а значит…
- Ты убьешь меня? – на его губах улыбка. Он еще не верит в жестокость той, которая его любила…
- Да… - шепчут розовые губы, а в руку летит испуганная душа некогда великого воина.
Чтобы через мгновение оказаться растоптанной высоким каблуком богини.
1500 лет спустя
Видел ли ты когда-нибудь мертвый город? Не просто безлюдные развалины некогда величественных строений, а место, лишенное цвета, звуков и судьбы. Когда ветер, перегоняющий с места на место усталую пыль, не дарит прохлады. Когда листва на деревьях беззвучно разевает пасть оголенных ветвей. И сколько бы много людей ни жило здесь, наполняя улицы движением, в воздухе все равно витает запах небытия. В такой город и вошла, ступая медленно и осторожно по раскаленным камням мостовой, увешанная оружием с ног до головы девушка.
Она прошла через рынок, главную улицу города, стараясь не касаться ни кожей ни одеждой прохожих, на центральную площадь, где они всегда встречались. Желтые глаза внимательно оглядывали окружающие площадь дома, подворотни, кучи мусора, но он подошел как всегда неслышно.
- Здравствуй, богиня, - прошелестел сухим ветром знакомый голос.
- Здравствуй, воин…
И более ни слова: лишь направленные друг на друга взгляды и острия мечей. Движение, вдох, поворот. Звон клинков и напряжение в кисти. Выдох, шаг, взмах…
- Опять проигрываешь, богиня, - насмешливо произносит воин, прижимая клинок к ее шее.
Три тысячи лет они бьются на этой арене за право обладать душой воина. Три тысячи лет богиня проигрывает это сражение, не в силах противостоять тому, кого любила многие годы назад. Привычка? Слабость? Любовь? Боги не имеют права на любовь, так уж заведено в этом мире. Но помнить о боли может каждый, кто ступал по дорогам в образе человека. И разве мог знать некогда великий воин, что взбалмошная девчонка с острым язычком и нарушенной координацией окажется на самом деле богиней Жизни и Смерти. И разве мог он знать сейчас, что и боги способны взрослеть. И видимо, этот день должен был решить все.
- Ошибаешься, - выдыхает она, делая всего одно движение – большего богине и не требуется…
Взмахом руки проводя перед своими глазами, словно стирая с лица маску.
И через 1500 лет, стоя посреди мертвого города ты мог бы увидеть, путник как стираются, исчезают с лица земли дома, улицы, люди. Последним медленно тает фигура воина. А богиня, иронично улыбнувшись, уходит туда, откуда появилась. Боги могут любить, хоть не имеют на это права, но стоить иллюзии – привилегия людей. Полторы тысячи лет она потратила на борьбу с самой собой, с попытками победить придуманный образ, но раз за разом терпела поражение… просто потому, что наши иллюзии всегда сильнее нас.
@темы: легенда и бред